class=" b-page b-page_rus b-page_menu_slide">
Ваш регион:
^
Лента новостей
Разделы сайта
Все новости
Новости Поиск Темы
ОК
Применить фильтр
Вы можете фильтровать ленту,
выбирая только интересные
вам разделы.
Идёт загрузка

Интервью

Данный контент доступен для просмотра на персональных компьютерах и планшетах

Перейти на главную страницу

Евгения Медведева: переезд в Канаду стал самым резким поворотом в моей жизни

18 ноября, 11:25 UTC+3 Гран-при по фигурному катанию в Москве
Поделиться
Евгения Медведева

Евгения Медведева

© Сергей Бобылев/ТАСС

Московский этап Гран-при по фигурному катанию ознаменовался многими достижениями — россияне были первыми во всех видах программы, а некоторые из них выступили на турнире с личными рекордами. Но одним из самых ярких моментов турнира стало успешное выступление серебряного призера Олимпийских игр — 2018, двукратной чемпионки мира Евгении Медведевой, которая через полгода после Игр приняла решение переехать в Канаду и начать сотрудничество с известным тренером Брайаном Орсером.

Спортсменку долгое время преследовали неудачи, некоторые эксперты начали списывать фигуристку со счетов. Сама же Медведева продолжала работать. После этапа в Москве в интервью ТАСС Евгения рассказала о нюансах жизни в Канаде, о своей работе с Орсером, Трейси Уилсон и хореографом Ше-Линн Бурн, переменившемся отношении к серебру Игр, своих страхах и планах на предстоящий день рождения.

— Женя, скоро ваш день рождения. Как планируете 20-летие справлять?

— Была идея пойти с друзьями в ресторан, или в кино, или просто погулять, или в клуб какой-нибудь сходить, но поняла, что все это может превратиться в фотосессию, а не в день рождения. В итоге решили — снимем с подругами номер и просто проведем этот день вместе, болтая, веселясь, слушая музыку, поедая пиццу. И да, предваряя ваш вопрос, скажу — я люблю вкусную и вредную еду.

— Классическая пижамная вечеринка с пиццей?

— Точно. Любимая пицца — "Четыре сыра". Как же это вкусно! Правда вот один кусочек — это уже полдневной нормы калоража.

— А потом обратно в Канаду?

— Да, уже 20 ноября я улетаю обратно.

— После короткой программы на московском Гран-при в микс-зоне я задала вам вопрос, как долго вы намерены продолжать работать в Канаде. Ваш ответ — "Пока ноги ходят, пока руки двигаются". Даже переспросила, если помните.

— Дело в том, что я нашла свое место. Со своими сложностями и трудностями, но Торонто — это действительно то место, где я хотела бы работать до конца своей карьеры в женском одиночном катании.

— А дальше?

— У меня много путей, много идей. У меня в голове нет пустоты в этом плане. Есть план А, план Б в зависимости от того, как дальше будет складываться. Я думаю о будущем, но, как говорится, хочешь рассмешить Бога, расскажи ему о своих планах. У меня нет такого — "я не знаю, чем буду заниматься после спорта". Я знаю чем, и я буду делать еще больше, чем сейчас.

— Здесь же, в Москве, услышала от вас фразу: "Фигурное катание — это моя работа". Но ведь так было не всегда.

— Это правда. Но давайте быть честными. Сейчас я живу в Канаде и большую часть — точнее так, бóльшую часть затрат от своих призовых — это открытые суммы, их каждый может увидеть на сайте Международного союза конькобежцев, — я трачу на проживание, на питание, на лед, на тренеров. Все расписано. Поэтому да — это моя работа.

Многие, кстати, мне задают вопрос: "Женя, на чемпионате мира ты была третьей — это же такие деньги! Почему ты себе не позволяешь в "Луи Виттон" или в "Шанель" ходить?" Но моя основная одежда по-прежнему — черные лосины и тренировочная кофта. Я лучше потрачу на то, что мне действительно нужно.

— Часто вспоминаю наше интервью в Марселе после финала Гран-при. Тогда спросила вас — без чего вы не обойдетесь в этой жизни. Ответ меня тогда потряс, конечно: "Никогда не выйду на улицу без макияжа и маникюра". Маникюр на месте, вижу. Но внешне вы совсем другая — минимум косметики.

— В Марселе у меня, если помните, были здоровые ресницы, подводка для глаз. Но сейчас я себе нравлюсь больше. И все-таки да, без макияжа я не показываюсь, просто стараюсь подчеркнуть свои черты лица. А прежде я их все время меняла — форму бровей, форму глаз стрелками "до ушей". Сейчас для меня основой стал базовый уход — кремы, маски, пилинги.

— Позвольте угадать — японские или корейские?

— А вот и нет, не поверите. Не подходят они моей коже, не принимает она их. Так что мне все-таки ближе европейские марки, только в этом году это поняла.

— Есть какие-то женские "хотелки", которые себе обещаете в будущем?

— Знаете, в Торонто есть торговый центр "Йоркдейл". Там есть аллея бутиков. Так вот иногда я хожу, смотрю по сторонам и думаю: "Ну какие же платья красивые!" А потом — "ну и что я буду с ними делать, куда я в них пойду?" Просто у меня два маршрута: дом — "Торонто крикет клаб" (тренировочный центр, где занимается — прим. ТАСС) или "Торонто крикет клаб" — дом. Все, я больше никуда и не хожу. Так что просто любуюсь, и все.

— Дорого в Канаде жить?

— Не жалуюсь.

— Не думали, а что было бы, если бы тогда не приняли решение после Олимпиады лететь в Канаду?

— Я даже себе представить этого не могу. Правда. В принципе, я один путь и рассматривала. Точнее, два — либо все заканчивать, либо уезжать в Канаду. Решила в пользу Канады, и это был самый резкий поворот в моей жизни.

— Волнуетесь, когда в Россию возвращаетесь?

— Сейчас уже привыкла.

— Женя, я часто вспоминаю интервью с вашей мамой, которое мы записали еще в Пхенчхане — сразу после вашего выступления на Олимпиаде. Там она рассказала, что вы выиграли свое серебро с травмой ноги. Вспоминаете о тех временах?

— Постоянно. Это теперь останется со мной навсегда. Как и вечный страх серьезной травмы. Наверное, это один из самых серьезных моих кошмаров — травма и отсутствие шанса на восстановление. Когда ты понимаешь — надо выходить и биться, но в конце концов ты сломаешься. Причем в прямом смысле. Это как прыгать в бездну, в колодец. А прыгать туда надо. Но ведь это было именно то, чего я сама хотела.

Но сейчас я восстановилась, я живая, все в порядке. Сегодня я живу, слушая свое тело.

— Те две серебряные медали Пхенчхана часто держите в руках?

— Они у меня в Москве, и да — я держу их в руках, когда приезжаю. Потому что благодаря им я сегодня имею то, что имею, — потрясающих людей рядом. А ведь сложись судьба иначе, я никогда с ними бы и не познакомилась.

— Получается, то, что многие тогда воспринимали как вашу личную трагедию, перевернуло вашу жизнь в лучшую сторону?

— Я-то изначально думала, что в худшую, а видите, как вышло? Все наоборот.

— Прошло полтора года с начала вашего сотрудничества с Брайаном. Он примерно такие сроки до первого результата и заявлял. И ведь так оно и случилось.

— Я не могу сказать точно, почему именно такой срок им предполагался. Мне же все время всего и скорее хочется. Но в итоге как он сказал, так и получилось. Я безумно горжусь тем, что Брайан и Трейси сделали для меня.

Для меня вообще большая загадка, как они меня такую терпят, но они продолжают в меня верить. А ведь не каждый тренер выдержит столько трудностей со своим спортсменом, продолжит идти, держа его за руку по такому тернистому пути.

Мы идем вместе каждый день, и это здорово. Я действительно чувствую, как Брайан сильно за меня переживает. Достаточно посмотреть на него в уголке Kiss and Cry (специально отведенная зона для фигуристов и тренеров, где они ожидают свои оценки за прокаты — прим. ТАСС) — то, как он нервничает. Это дорогого стоит.

— Просмотрела недавно видеозаписи вашей работы с хореографом Ше-Линн Бурн. Такое ощущение, что вы с ней уже "на подкорочке" друг друга понимаете.

— Это вообще потрясающе, то, что мы с ней делаем. Я вообще никогда не думала, что мы с каким-либо хореографом сможем так сработаться.

— Я знаю, как вы устали от вопросов о ваших планах на исполнение элементов ультра-си — четверных, тройных акселей и иже с ними. Но все-таки должна спросить об этом.

— Я работаю над этим.

— И это прекрасно. Помимо конкуренции с соперницами меня очень "зацепили" два момента после московского этапа серии. Первый, когда вы после проката своей короткой программы в Kiss and Cry жестом попросили болельщиков тишиной встретить выступление следующей участницы — американки Мэрайи Белл. А второй — ваше видео с победительницей этапа Сашей Трусовой и ее мягко говоря громадного розового медведя, с которым она втискивалась в автобус до гостиницы.

— Но вы себе представить не можете, как же это было смешно — я увидела маленькую Сашу с этим медведем, закричала "Саша, стой!", схватилась за камеру. Со стороны было такое ощущение, что это не Саша мишку несет, а он ее на лапах.

А что касается Белл, то я просто поставила себя на ее место. Мне, например, перед прокатами нужна тишина. А в тот момент, когда Мэрайя выходила на лед, с трибун еще доносилось: "Женя, мы любим тебя". Мне было безумно приятно это слышать, но вот Белл уже вызвали на старт. Так что это просто было элементарным уважением. Я уважаю всех и каждого, кто выходит на лед, — мы все большие трудяги, и заслуживаем, чтобы зрители видели нашу работу.

— После вашего выступления на московском Гран-при было немало комментариев экспертов. Мы, журналисты, очень любим подкреплять свои мысли мнением эрудированных экспертов. Больше всех мне запомнились слова Алексея Урманова в ваш адрес: "Есть истории, читая которые, до последнего не хочешь закрывать книгу. Такова история Жени Медведевой".

— Я видела эту публикацию. И мне было очень приятно это читать. Мне тоже очень не хочется закрывать свою книгу. Я искренна в том, что делаю. Пока ноги держат.

Беседовала Вероника Советова

Поделиться
Читайте
ТАСС VK
Много новостей? Мы собрали главные в нашей рассылке!